RotFront – замес берлинский, вкус международный

Такой RotFront мог появиться на свет только в Берлине. Музыкальный коллектив, под песни которого безудержно танцуют по всей Европе, в 2003 году придумал Юрий Гуржи – выходец из Украины и напарник Владимира Каминера по "Руссендиско". Интернациональная команда поет на русском, немецком, английском, венгерском и украинском. Да так, что клубы ходуном ходят. Юрий Гуржи рассказал о своем "детище" в интервью Germania-online.

FotoDiMatti Увеличить картинку Группа RotFront (© FotoDiMatti) – Забавно, когда толпа немецких поклонников RotFront отплясывает под песню "Едут, едут по Берлину наши казаки!"
– Эту песню мы перестали исполнять. Эта шутка себя изжила... хотя в принципе – провоцировать обожаем!

– Как, например?
– Наша песня "Gay, Gypsy and Jew" – очень удачная провокация (улыбается)!

– И о чем она?
– Это песня-шутка, написанная как реакция на изменившуюся политическую ситуацию в Венгрии. Там сейчас у власти правые, и к меньшинствам – как национальным, так и сексуальным – отношение стало откровенно жестким. Неонацисты периодически устраивают демонстрации на улицах, маршируют себе, и никто ничего не делает, как будто так и надо. Вот и мы в этой песне обращаемся ко всякого рода "фобам" – тем, кто не любит геев, евреев, цыган. В тексте нет прямых обвинений, но песня задумана прежде всего как импульс: она должна заставить слушателя задуматься. Если это удается, наша цель достигнута.

– И слушатель действительно задумывается?

– Когда я в первый раз повез наш коллектив к себе на родину, на Украину, я волновался, как там нас примут. Все прошло отлично, а песня "Gay, Gypsy and Jew" целую общественную дискуссию за собой повлекла. Люди обсуждали в блогах проблему гомофобии, многие хотели достать футболки с названием песни. Мы тогда как раз целую серию выпустили.

– Ты "представляешь" в вашей команде Украину. В репертуаре много украинских текстов?
– Текстов на украинском языке буквально пара, пока. Но, конечно, каждый из нас привносит "свои" мотивы в общее дело. Так что украинских ноток тоже много. Украина всегда с нами (смеется)!

– Европа сходит с ума на концертах RotFront. Звездная болезнь не мучает?
– Звездной болезнью страдают обычно те, на кого успех свалился сразу и ни с того и с сего. Это не мой случай.

– От поклонников как отбиваешься?
– Ну я все-таки не Майкл Джексон! А те, кто приходит на наши концерты, не так уж и назойливы.

– Ну а все-таки?
– А зачем от них отбиваться? Когда после концерта остаются силы, мы с удовольствием общаемся со всеми желающими. Почему нет? Это нормально, мы ведь простые парни.

– А как появилось название группы?
– Мы над ним долго голову ломали, в несколько этапов придумывали. Группа-то интернациональная, публика – тоже, поэтому нужно было найти такое слово, которое было бы коротким, всем понятным и при этом вызывало бы прямые, но разнообразные ассоциации – от конфет до Красной Армии.

– Почему вы называете жанр, в котором играете, "эмигрантским раггамаффином"?

– Мы его специально придумали, чтобы не приходилось долго объяснять, что за музыку мы играем, не раскладывать наш коктейль на составляющие... По-моему, наш музыкальный замес достаточно своеобразен и оригинален, так что "эмигрантский раггамаффин" – это наш на неё патент.

Balint Meggyesi Увеличить картинку Юрий Гуржи (© Balint Meggyesi) – Раньше Rotfront выступал каждый месяц в Kaffee Burger (в клубе, где проходит знаменитая "Руссендиско" – ред.). Теперь концертов даете меньше, залы выбираете побольше, да еще и цены на билеты повышаете. Что случилось?
– Это вынужденная мера. Просто настал такой момент, когда первые ряды танцующих оказывались уже на сцене, затем на инструментах, а потом тебя вообще заваливало всей этой кучей-малой. В "Бургере" мы уже не помещаемся. А концертов меньше не стало, мы просто выехали за пределы Берлина. Ездим регулярно по всей Германии, а иногда и за ее пределы: в Венгрию, Австрию, Швейцарию, Польшу, Украину, Францию…

– А в Россию когда?
– В Россию впервые едем в сентябре, в Москву и в Питер. Я в предвкушении.

– На вашем сайте написано, что вы поете о повседневной жизни Берлина. А какая она – эта жизнь?
– О ней в том числе. Берлин очень разноцветен. Это город с неограниченным количеством уровней, здесь каждый найдет себе уголок по вкусу.

– А еще о чем поете?
– Песня "Eyn Tsvey", например, про то, как неожиданно встречаются сосед с соседкой. У неё с утра всё наперекосяк: угнали машину, выгнали с работы. Она приходит домой и ставит любимую пластинку. Музыку слышит сосед за стеной и понимает, что это песня, которую он давно ищет, её он слышал в детстве на дедушкином магнитофоне. Магнитофон – очень важная лично для меня вещь. Дед был меломаном и матерым коллекционером, и я воспитывался на его музыке.

– Познакомь нас с парой коллег по "цеху"!
– Саймон Вахорн – венгр из очень колоритной семьи художников и музыкантов из городка Сентендре, во многом моя полная противоположность, и поэтому, наверное, наш союз так долго держится. Мэд Милиан – наш рэпер. С ним интересно, потому что он, в отличие от всех остальных, родился и вырос в Берлине. Долгое время с нами пела Дорка Гриллус, венгерская киноактриса, которая в том числе играла в фильме "Soul kitchen". Она недавно стала мамой и обосновалась в Будапеште. Теперь у нас поёт Катя Ташева, юная болгарка. Она отличная певица, очень легко влилась в RotFront. С ней исключительно приятно иметь дело, потому что она – несокрушимый оптимист.

Ближайший концерт группы RotFront пройдет 4 мая в берлинской Volksbühne.

Расписание концертов

Беседовала Ксения Максимова